Рай под ногами матерей

История Адила, тридцатипятилетнего мужчины, чье сознание застыло на уровне восьмилетнего ребенка, разворачивается в тихом казахском селе, где он живет со своей престарелой матерью, Райхан апа. Их мир ограничен скромным домом и простыми, повторяющимися изо дня в день ритуалами, в центре которых – безграничная любовь и забота матери о своем взрослом, но вечно юном душой сыне. Райхан апа, мудрая и терпеливая женщина семидесяти пяти лет, находит особые слова, чтобы объяснить Адилу его место в этом мире. Она часто говорит ему, что Всевышний любит его по-особенному, что его чистая, детская душа – это дар, и что за это он непременно попадет прямиком в рай, минуя все испытания. Для Адила эти слова становятся не просто утешением, а незыблемой истиной, частью той простой и ясной картины мироздания, которую создала для него мама. Однако в этой картине возникает тревожная для него деталь – мысль о возможной разлуке. Адил не может и не хочет даже представлять себе рай, если там не будет его мамы, самого главного человека в его жизни, его опоры и целого мира. Поворотный момент в этой нежной и хрупкой реальности наступает, когда Адил случайно узнает от односельчан или, быть может, подслушивает разговор о великом мусульманском паломничестве – хадже. Он улавливает ключевую для него мысль: если совершить долгий и трудный пеший путь в священный город Мекку, то это может открыть врата рая для паломника. В его детском, буквальном восприятии эта информация мгновенно преобразуется в четкий и единственно верный план. Чтобы его любимая мама, которая уже стара и слаба, тоже могла попасть в рай, он должен отвести ее туда, в Мекку. Эта идея, рожденная из абсолютной любви и страха потерять единственную родную душу, становится для Адила навязчивой целью. Он не осознает ни гигантских расстояний, ни практической невыполнимости такого путешествия для пожилой женщины, ни всех религиозных и бытовых сложностей. В его сердце живет только одно – простая, как детский рисунок, и сильная, как инстинкт, потребность быть с матерью всегда, даже в вечности. Так начинается его внутреннее, а вскоре, возможно, и внешнее путешествие – наивная и в то же время героическая попытка маленького человека изменить предначертанное, движимая лишь силой сыновней любви, не отягощенной сомнениями взрослого мира.